"Ода"

К ПРИЛОЖЕНИЮ :

Регионализация: понятие, идеи, проектирование

 

 

(Предисловие)

1.        Этот текст сделан для употребления в среде местных (отечественных) оргуправленцев и никак не адаптирован для «нормального» читателя – «надо понимать, с кем имеешь дело…»

2.        Текст сделан примерно в 1996 – 97 г.г., поэтому некоторые «страшилки» (типа: «Лукойл» - агент мирового империализма) сейчас смотрятся несколько наивно (хотя этот «наив» и был употреблен сознательно). Однако идеи регионализации при этом не отменяются, как значимые, т.к. нынешняя «реставрация империи» реально не оснащена сколько-нибудь внятными основаниями и идеями – кроме «наведения порядка» (т.е. фактически - укрепления центральной власти). Более того, несложно показать, что модифицирование по существу прежних феодальных форм (сперва в режиме децентрализации, сейчас – централизации – при снятых лозунгах типа «строительства социализма/коммунизма») никак не снимает проблемы кризиса отечественного менталитета – проедание природных ресурсов и идейная импотенция оргуправления остаются базовыми характеристиками нации.

3.        «Привязка» текста к конкретной территории, полагаю, не принципиальна – в отношении основного контекта.

 

 

 

            Применительно к ситуации дальнейшего формирования округа, как административно - хозяйственной единицы традиционные представления о власти - собственности и хозяйстве явно недостаточны.

 

1.         В традиционных представлениях центральной ценностью выступает власть-собственность (этимологически: “власть” = “владеть” = иметь в собственности). Внешне: развитие обоих элементов системы (того, кто подчиняет, и того, кто подчиняется) сдерживается, т.к. действия обеих сторон регламентированы, адаптирование действий в условиях динамичного изменения ситуации крайне затруднительно. Для подчиняющей стороны - из боязни сделать неверный шаг, приводящий к хотя бы частичной утрате власти, а для подчиненной стороны — из-за возможных санкций. Поэтому оба члена этой оппозиции вынуждены весьма бдительно следить друг за другом, за счет этого взаимно теряют подвижность. Сущностно: само по себе наличие собственности не дает ориентиров для деятельности (овладение чем-либо предполагает только его сохранение и количественное увеличение). Деятельность, построенная в рамках представлений “власть-собственность”, не является ресурсопорождающей, т.к. осуществляет захват и фиксацию уже имеющегося в окружающей действительности. Ограничено и количество единиц возможной власти (того, что вообще может выступать как собственность).

            Представления в рамках “власти-собственности” стимулируют в настоящее время процесс дробления национально - государственной стуктуры (известный поначалу как пресловутый “парад суверенитетов”, а далее — более медленный, но неукоснительно продолжаемый повсеместно). Это означает, что тенденция “атомизации” не может быть остановлена ни на региональном, ни на местном уровне.

 

2.         Оргуправление, основанное на представлениях “хозяйствования”, обладает устойчивостью, но крайне консервативно (что вполне объяснимо, т.к. любая перестройка фунционирующего хозяйства губительна для последнего). Именно в силу консервативности оно обладает ограниченной конкурентоспособностью — как в отношении продуктивности, так и в отношении идейного динамизма перед другими системами представлений (включая соответствующие системы оргуправления).

            Хозяйствование выступает значимой альтернативой власть - собственности в условиях ограниченных возможностей экспансии последней. В нынешних национально - государственных условиях наблюдаются обе тенденции, как конкурирующие. Но если предельность ресурса и тупиковость линии “власть - собственность” уже не вызывает сомнений ,то линия хозяйствования еще весьма далека от своих предельных форм — как на местно-региональном уровне, так и на общенациональном.

 

3.         Идеология технологизма, представленная как итог развития евроамериканской социокультуры, преодолев барьер идеологии “власть - собственности”, не встречает серьезного сопротивления со стороны хозяйственной идеологии. Хозяйство употребляется технологизмом как периферийная структура, пополняющая его ресурсами (в случае России — природно - сырьевыми, кадровыми, национально - культурными и т.д.), а также выполняющая утилизацию идейных и продуктных отходов. Адаптация национально - государственного пространства России под эти цели выступает в настоящее время скорее как техническая задача, нежели проблема, требующая предварительного теоретического решения (фактически решение этой задачи уже происходит — в достаточно “мягких”, неброских формах, выглядит почти “естественно”).

 

4.         Есть весьма серьезные основания полагать, что в настоящее время на территории округа разворачивается несколько крупномасштабных проектов, созданных на основе уже освоенных в мировой практике схем. Причем “территориальное устройство” проектов таково, что процесс их разворачивания практически необнаружим в рамках традиционных представлений о власти - собственности и хозяйствовании.

            Деятельность таких известных компаний, как “Лукойл”, “Юкос” и некоторых других, внешне выглядит весьма благопристойно. Она выгодно отличается на фоне традиционной расхлябанности в организации подавляющего большинства других структур. Однако есть и некоторые специфические черты:

        культивируемая монопрофильность районов;

        специальная деятельность по воспитанию отношения к фирме, как к  “месту” ответственному за жизнь работников, повышенное внимание к атрибутам порядка труда и быта (образ жизни и система воспитания полностью подчинены нуждам производства), что блокирует территориальное оргуправление;

        “на местах” содержится крайне ограниченное количество квалифицированного, высоко оплачиваемого технического персонала. На “линейной” работе используется привозная рабсила (тоже с высокой оплатой, но легко сменяемая — если, упаси бог, кто - то нарушает установленный распорядок);

        “интеллектуальная” часть, не связанная с производством непосредственно (методологическая работа, создание необходимых представлений, проектирование, оргуправление, наука и т.д.), вынесена далеко вовне. Оттуда курируется деятельность еще ряда других предприятий по всей территории страны. Фактическое же месторасположение “ядра” точно указать практически невозможно (скорее всего оно является децентрализованным, а потому в традиционных представлениях — необнаружимым).[1]

            В настоящее время представляется достаточно затруднительным произвести точный расчет траектории движения данного проекта. Однако можно с большой степенью уверенности утверждать уже сейчас, что нынешнее оргуправление, опирающееся по преимуществу на представления о власти - собственности (максимум — хозяйствовании), в значительной мере утратит контроль над территорией в течение ближайшего пятилетия, независимо от того, как будет развиваться взаимодействие данного проекта с “профильными”, но весьма традиционными, основанными на представлениях о хозяйстве и власти-собственности, структурами (типа “Сургутнефтегаз” и им подобными). Работа с ними в рамках таких проектов является сугубо технической задачей, многократно отработанной за последних два — три десятилетия[2].

            Разворачивание данного проекта (не единственного в стране в настоящее время) ставит оргуправление перед жесткой альтернативой: либо запускается работа по получению новых представлений и схем оргуправления, перекрывающих средства  и техники, использованные при создании упомянутого проекта — либо оно прекращает свое существование, сворачиваясь до сугубо камуфляжно — декоративного употребления.

 

5.         Обозначенное положение дел требует от оргуправленческих  структур удержания минимум трех уровней действования: “междоусобного”, хозяйственного и цивилизационного, а также самоопределения по отношению к каждому из них. Нынешнее оргуправление, как в центре, так и на местах работает в состоянии нерасчленения указанных уровней, что, как следствие, вызывает снижение общей “планки”его работы до наиболее “очевидных”, а потому “актуальных” действий по захвату и перераспределению властных полномочий. Центральные и областные притязания строятся исключительно по схемам “власть - собственности”, в то время как местно - региональное оргуправление вынуждено совмещать минимум два уровня, т.е. организовывать муниципально - региональное хозяйствование.

            Следовательно, в рамках действующего оргуправления должны быть выработаны необходимые идеи и представления, обладающие достаточным организующим потенциалом и ресурсом, а также созданы соответствующие схемы оргуправленческой деятельности, позволяющие эффективно функционировать в условиях экспансии технологизма.

            Идея регионализации выступает в данном контексте достаточно продуктивной, позволяющей такие представления вырабатывать (можно предположить также существование и других идей такого же класса, однако их поиск и рассмотрение не входят в объем данной работы).

 

6.         Категория “регион” понимается в практике социокультурного (и методологического) проектирования как обозначение границ мыслимости — т.е. тех связей, используя которые предполагается действовать. При этом организация самих связей также входит в состав будущей деятельности. Представление о регионе не регламентирует содержания связей, их наполнения. На практике это позволяет варьировать их в весьма широких пределах. Иначе говоря, везде, где могут располагаться взаимные интересы (политические, экономические, производственные, хозяйственные, культурные, научные и т.п.), региональная организация оргуправления предполагает образование связей. Более того, такого рода связи могут носить комбинированный характер — с несимметричными интересами. Наконец, отсутствие связи между точками схемы организации региона (“узлами”) в данный момент вовсе не означает ее невозможности впоследствии. Одной из весьма существенных сторон идеи регионализации является отсутствие принципиальных ограничений на прокладывание связей —           их организация и содержательное наполнение каждый раз осуществляются исходя из простраиваемой перспективы.

            В пределе разворачивание процессов регионализации превращает любое социокультурное пространство в своего рода “сеть” (точнее : большое количество различных сетей, наложенных одна на другую), через которую осуществляется взаимное обеспечение “узлов” сети ресурсами деятельностей. Вполне очевидно, что структурированное таким образом социокультурное пространство предоставляет оргуправлению весьма широкие возможности для действия.

 

                Организация понимания существа категории “регион” через последовательность прототипов:

— Стремление феодально — имперского оргуправления к экспансии и стабилизации достигнутого положения реализовывалось, в частности, через кровное родство властвующих особ или их ближайших родственников, напр., России и Германии. (Данные связи — лишь отдаленный прототип: система является “закрытой” — связи устанавливаются только “по горизонтали”, между равными по статусу власти, регионализации как таковой еще нет)

— Хозяйственно - экономические отношения выступают зачастую как функционирующие помимо отношений типа власть - собственность, особенно демонстративны (и эффективны) в наши дни — в форме натурального обмена (бартера). Контроль за ними изнутри представлений о власти - собственности затруднителен (зачастую — невозможен). Постоянное соблюдение норм “горизонтальности” взаимодействия делает такую “сеть” весьма прочной, надежной, функциональной. (Данная система организации является достаточно открытой, в нее могут входить новые участники, причем без особых ограничений по социальному статусу. Она составляет альтернативу “вертикальному” сознанию и успешно конкурирует с ним. Такой тип  организации предполагает производство и ассимиляцию любых идей, повышающих устойчивость системы в целом).

Разного рода научные, культурные связи (напр., в среде физиков — атомщиков, джазовых музыкантов высшего класса и т.д.) представляют собой открытую систему, способную пронизывать любые другие, и практически “неуловимую” для них. Известно, что такие формы организации не лимитируются политическими режимами, они недоступны руководству в схемах власть — собственность. Мировое оргуправление ассимилировало данную форму в конце 50-х — начале 60-х годов (идея Римского клуба и др.) - и весьма эффективно, т.к. удалось преодолеть социокультурную однонаправленность бизнеса (с последующим широким разворачиванием деятельностей по культуротехническому преобразованию крупных регионов).

 

7.         Практическое разворачивание идеи регионализации показывает наличие минимум двух уровней действия. Первый из них связан с поиском путей преодоления “сырьевой зависимости” (т.е. разработкой иных ресурсных источников), второй же относится к принципиальному решению вопроса организации деятельности “поверх” действующей традиции оргуправления и насаждаемых проектов.

 

            Первый уровень.

            Смысл деятельности оргуправления на этом уровне состоит в том, чтобы создать и запустить деятельности, способные осуществляться в любых условиях, в том числе и при отсутствии сырьевых производств. Использование в качестве прототипов таких деятельностей уже имеющихся инициатив по закупке и эксплуатации портативных технологий (типа мини - пекарен, мебельного производства и т.п.) следует производить с большой осторожностью:

- закупается уже существующий технологический продукт (т.е. готовый, не подлежащий “развитию”, массовый). А значит, выпускаемая продукция, несмотря на ее хорошие потребительские свойства, не может претедовать на высокую конкурентную способность на национальном и мировом рынке ( в сравнении с “фирменным”, также на нем представленным);

- масштабы и уровень производства моментально адаптируются под местные условия, т.е. под потребление внутри “нефтегазового комплекса” (зависимость от режима его функционирования  практически полная);

- сам путь закупки с дальнейшей амортизацией законченных технологий является вариантом схемы потребления. Он принципиально ограничивает потенциал движения местного оргуправления пределами того, что ему будет предложено извне (точнее: такое оргуправление выступает местом захоронения отходов технологизации — за счет сброса на данную территорию уже отработанных идей, машин и схем).

            Регионализация на этом уровне деятельности оргуправления требует запуска процессов практического мышления:

        по организации понимания ситуации;

        по простраиванию траекторий самостоятельного движения;

        по системной проработке схем оргуправления, производства и потребления.

            При этом следует ясно сознавать, что данный уровень имеет принципиальные ограничения. Такие оргуправленческие инициативы, будучи предъявлены на мировом рынке, могут претендовать максимум на заполнение небольших “экологических ниш”, по чистой случайности не заполненных крупными проектами[3] . Вполне очевидно, что оргуправление в такой ситуации крайне неустойчиво, вынуждено постоянно изыскивать очередные “экологические ниши” без больших гарантий на успех.

 

            Второй уровень.

            Второй уровень регионализации, пока никак не представленный в сознании регионального и национального оргуправления, касается запуска мышления по поводу структуры и схем самого оргуправления.

            Условия запуска такого процесса в принципе известны и до некоторой степени отработаны[4]. По опыту — основным препятствием в работе такого рода является вынужденность радикального пересмотра типа позиционирования оргуправления, при котором прежние ценности и схемы действия теряют практический смысл.

            Практичность такой работы определяется с одной стороны — спецификой момента, не предоставляющего иных альтернатив, а с другой — возможностью получения новых схем оргуправления, покрывающих как традиционно - менталитетные, так и машинно – технологические.

 

 

(Послесловие)

Автор уже давно не испытывает никаких иллюзий по части дееспособности национального, регионального и местного оргуправления – «агент действия» не обнаруживается…

Поэтому идея регионализации остается актуальной, по-видимому, только вне рамок «власть - подчинение» («власть - собственность»). Это, помимо всего прочего, может означать, что отечественный (традиционный) менталитет запросто может не иметь культурно – исторической перспективы. Однако следует ли по этому поводу так уж сильно сокрушаться?… (Может, оно и к лучшему ?…)

 "Ода"

К ПРИЛОЖЕНИЮ :


[1]              Приблизительно таким же образом разворачивались подобные проекты на Аляске и в Латинской Америке начиная с первой половины 70 - х годов, когда местная социокультура “контекстно” преобразовывалаь — в относительно непродолжительное время (одно — два десятилетия) — под стандарты периферии технологической культуры. Примечательно, что местное, традиционное “оргуправление” оказывалось практически “безоружным” против такой ассимиляции, фактически не имея мыслительных средств даже для ее обнаружения, лишь с какого - то момента с удивлением обнаруживая полную утрату былых привилегий и власти.

[2]              Расчитывать на блокирование данной тенденции за счет центрального оргуправления вряд ли возможно (скорее всего по этому поводу уже нет иллюзий), в истории известны прецеденты прямой продажи феодально устроенным оргупралением территорий своего государства другим государствам (напр., известный случай с продажей Аляски — и т.п.)

[3]              Ситуации типа тех, которые некоторое время назад имели место с автомобилями “Нива”, телевизорами “Электроника - ВЛ100” и “Шилялис” - на мировом рынке изделий такого класса не оказалось, однако ассимиляция конструкторской идеи технологиями в течение нескольких лет ликвидировала эти “зазоры”.

[4]              Следует сослаться на опыт организации и проведения организационно - деятельностных игр (ОДИ), активно разрабатывавшихся в России в 70 — 80 годы.