"ИГРУШКИ  ВЗРОСЛЫХ"

ЭПИЛОГ

 

            Вначале было Слово, и Слово изречённое есть Ложь. Значит, мир этот построен на Лжи; не верь пророкам, Слова несущим. Пламенеют они от восторга, порождаемого экстазом слушающих их, и умело увеличивают силу тока в своём шоу. И зажигаются сами от напряжения, порождённого их словами, и возбуждаются друг от друга. Правы Блаватская и Кастанеда это не люди уже, а электронно-лучевые трубки, извергающие зрительные образы.

 

            Зачем говорить, если знаешь, что делать? А если не знаешь, как быть самому, то почему другие  будут тебя слушать?

С кем разговаривал Господь, когда творил этот мир? Если Он был болтун, с кем Он говорил, когда пришло время отдыха в седьмой день?

 

            И превозносят слова, и говорят, чтобы все молчали, если могут, а сами не могут остановиться. Уже в поисках превознесения слов своих дошли до того, что сравнивают потребность в писательстве с мочеиспусканием "и то и другое надо делать, когда уже не можешь", вот как. Всё хотят, чтобы писатель пописывал, а читатель от этого на стенку полез ан нет, прав был Шестов читатель умный пошёл, он хочет, чтобы ради него писатель на стенку лез, а он бы почитывал.

 

            Они говорят про жизнь без лжи да все теряются в их правде. Ведь и то и другое только слова. Как их отличить?

            Сделаешь что-то, и одни осудят, а другие похвалят. И что, если тех, которые хвалят, больше, то значит, что ты сделал хорошо а по-другому и делать не надо было? Но ложь или правда слова, а сделанное останется.

 

            А те, кто хвалят или судят, сколько из них корыстных? и что с ними спорить, пусть пророчествуют. И в чём смысл спора с платным агитатором: он дело делает за деньги, а ты для чего? разве расскажешь что складно, да люди улыбнутся. Так ведь соврал! уже и сам знаешь, что где-то соврал; коли рассказываешь, так не соврать невозможно. Но соврёшь от себя так знаешь, где ложь, а соврёшь от другого вот они, происки отца лжи. Хочешь назови это по-другому: слишком много правды кругом у каждого своя; все теперь ищут абсолютную ложь, чтобы выяснить, где ошибки. Вспомни: в конце восьмидесятых коммунистов правыми называли, а теперь так называют других людей. Может, они-то теперь и есть те самые коммунисты?

            Кто же тогда нынешние левые, приезжающие на мерседесах на свои съезды?

Если так крутить головой, то она непременно закружится, а потом и тошнить начнёт.

 

            Слова умирают быстро; они выходят из моды, как клёши и мини-юбки и только иногда возвращаются. Та или иная правда тоже бывает модной, а бывает забытой. Может, то, что ты сделал, станет модным, а может, и нет, но это уже сделано, и ты знал, чего хочешь. И почему ты не сможешь замолчать? Легко Сын Божий уже давно научил нас посылать шестикрылых серафимов туда, откуда пришли. А инфаркт можно получить теперь, сидя у телевизора, который, в отличие от книжек, есть в каждой квартире.

 

 

19 сентября 2003 г.

"ИГРУШКИ  ВЗРОСЛЫХ"